Category: семья

Category was added automatically. Read all entries about "семья".

Старик+старуха

Жил старик со своею старухой
У самого синего моря;
Они жили в ветхой землянке
Ровно тридцать лет и три года


За тридцать три года и в общаге один из нас жил, и в коммуналке жили, и в квартире, и в апартменте жили, и в доме, сейчас вдвоем в самоизоляции живем. Но у самого синего моря.

Фото моря прилагается, на заднем плане видны нарушающие режим сизо.

Портсмут. Hill House Museum

Совершенно случайно, через Meetup, мы попали на пешеходную экскурсию по городу Портсмуту, а главное, в Hill House Museum. До сегодняшнего дня я не подозревала, что такой музей вообще существует, а оказалась интереснейшее место - и где - в Портсмуте!

Прогуливаться по Портсмуту - занятие весьма нездоровое, это очень бедный, очень черный, очень криминальный город за рекой. Hапоминает Ньюарк, а местами так вообще Камден. Мы туда попадаем редко, от совсем уже отчаянной тоски, когда пойти абсолютно некуда. Садимся на паром, платим за поездку на городском транспорте и едем на ту сторону.

Общественный транспорт :


Collapse )

Мать семейства

В последние годы многие мои студенты из очень состоятельных семей. Работать трудно. Мой опыт как раз противоположный, бедность, дикость и эбоникс - это то, к чему я привыкла, а тут полная смена караула.  Дети богатых в основном нормальные, но некоторые избалованные негодяи творят такой беспредел, что уж лучше дикие черные тетки, они не такие наглые. Но есть совсем другие дети, ради них и стараюсь.

Был у меня в классе типичный среднеамериканский мальчик Джон в футболке любимой спортивной команды, аккуратный, чистенький, немногословный,  - но чувствовался в нем внутренний стержень. Учился на все пятерки, хлопот не доставлял, пришел, сел, прослушал лекцию, задал вопрос и ушел.

Collapse )

Последний дед

Сегодня в Воронеже умер отец мужа. Четыре года назад в тот же самый день в Америке умер мой отец. Наши отцы родились почти в один и тот же день,  но с разницей в четыре года, и умерли тоже с разницей ровно в четыре года. Они прожили на свете одно и тоже  количество лет, месяцев и даже дней.

Наши отцы видели друг друга всего один раз в жизни и сразу поладили. Они были похожи: оба сироты войны, оба технари-электрики, работящие, компанейские, открытые, умеющие дружить. Оба, когда заболели, не хотели лечиться.

И я надеюсь что сегодня, наконец-то, дед Абрамыч и дед Михалыч выпьют за встречу, посидят-поговорят без спешки, и наговорятся за всю жизнь, и закроют все жизненные вопросы, и пусть им будет друг с другом тепло и интересно.

Диспетчер света

Мой дядя в Германии сегодня отмечает день рождения. Он старый, ему за восемьдесят. Сегодня он вдруг рассказал историю своего папы.

У моей прабабушки было семеро детей; только двое пережили войну. С прадедушкой, купцом первой гильдии, разделались еще в революцию. Сейчас речь пойдет об одном из младших сыновей, Рувиме, брате моего деда, отце моего дяди.

Рувим до войны закончил Киевский политехнический институт и был инженером-электриком, как и мой отец: любовь к проводочкам передается у нас в семье по мужской линии.  В институте у него был верный друг, звали его Илья. Ребята вместе жили в общежитии, и оба были инженеры-электрики: Рувим - низковольтник, Илья - высоковольтник. Илья был советским молодым человеком, поднялся с самых низов, прошел через рабфак. Это у Рувима папа был классово чуждый враг, что Рувим всю свою недолгую жизнь успешно скрывал.

Collapse )

Урок арифметики: вычитание малых сумм

Предыдущий пост о том, как хозяйка вычитала с мамы 50 копеек, вызвал отклики типа "ачотакова, заплатила, как договорились". Естественно, когда хозяйка сразу платила 12.50, никаких вопросов не возникало. Но заплатить больше ровно за 6 минут работы няньки, потому что у самой же хозяйки не было мелочи, и развернуть ситуацию " а теперь не я тебе должна, а ты мне должна", и взыскать в следующий раз  - это, согласитесь, другое. По форме - чистая математика, по сути - унижение.

Collapse )

Материнское сердце

Моя прабабушка со строны мамы (имени ее никто не помнит) одна выращивала шестерых детей. Муж оставил ее, и она сама поднимала пятерых девочек и мальчика. Брат умер молодым от туберкулеза, но девочки все выжили.

Как только девочке исполнялось шестнадцать лет, она уезжала из города Прилуки в Москву, выходила замуж и устраивалась в столице.  В исторической перспективе это было мудрейшее решение, поэтому со стороны маминой бабушки во время холокоста никто не погиб.

Моя бабушка, самая младшая, в семнадцать лет заведенным порядком тоже приехала в Москву к своей старшей сестре. А потом и прабабушка сама перебралась к старшей дочери. Они жили в подвале на Большой Дорогомиловской улице, там, где потом устроили Кутузовский проспект, прямо напротив будущего дома Брежнева. Условия у них были по тем временам просто царские: четыре человека в отдельной двухкомнатной квартире. Там было очень уютно: ступени в неглубокий подвал, окно на тротуар, а за окном ноги пешеходов.

Когда началась война, моя бабушка с двумя дочками смогла эвакуироваться в Самарканд. Маме было два года, тете - всего год. Что было с ними в Самарканде - это отдельная история, но в сорок четвертом году бабушка с дочками вернулась в Москву. Первым делом она побежала навестить свою маму. Бабушка спустилась в подвал и позвонила в дверь. Прабабушка открыла, увидела свою младшую живой и невредимой, от потрясения у нее случился инсульт, она упала и умерла.

Тетя Соня

Есть такие люди, на которых бог перстом укажет, и не будет им спасения от судьбы.

У моего деда была сестра, тетя Соня. Была еще одна сестра, имени не помнят, ее закопали с тремя детьми в Витебском гетто. А тетя Соня с матерью, прабабушкой Хаей, спасилсь из Витебска и после долгих перипетий после войны оказались в подмосковном Раменском. Они жили в одной комнате в коммуналке на черт знает сколько семей.

Тетя Соня была девушка странноватая и склонная к полноте. Ходила странной походкой, смотрела в пол, говорила тихо. Она работала врачом-кожником в поликлинике.  Естественно, никаких мужчин вокруг нее никогда и в помине не было.

Collapse )

Памяти отца

Я очень люблю бабочек. Специально развожу петрушку во дворе, чтобы они выводились в ней, а когда они вылетают, то садятся мне на пальцы.

Я в ужасе от предметов с изображением бабочек. В нашей больнице умирающим на дверь палаты вешают изображение фиолетовой бабочки.  Это знак паллиативной медицины, всем понятный символ освобождения души от тела.

Мой отец сегодня стал свободен.

Куда полетела его душа, я знаю.

Он прожил примерно тридцать лет в Киеве, тридцать - в Москве, и двадцать - в Америке. Книжная полка у изголовья его кровати набита битком: учебники английского, мамины дневники пятидесятилетней давности, книги по еврейской истории, календари еврейских праздников. Альбомы с видами Киева, малый кобзарь, украинские пословицы, украинские песни, книжки на украинском языке, которые он привез с собой в чемодане. Бутыль из-под горилки в виде фарфорового гетмана. Обложка от коробки конфет "Вечерний Киев", вырезанная и сохраненная.

Если душа не умирает со смертью тела, то душа моего отца летит сейчас над Киевом, над Золотыми Воротами, над золотоворотским сквером со скамейками, где он повстречал мою маму. Он жил рядом - улица Полупанова, дом с шарами, последний этаж.

Украина всегда была его ненькой, украинский язык - ридной мовой, Киев - лучшим городом земли. Он любил и Россию, и Америку, и как всякий еврей, любил Израиль, но молодость у человека одна, и у моего отца она прошла под киевскими каштанами. Очень надеюсь, что душа его там, где живы его сестра и брат, мама и папа, дедушка и бабушка, и вечно чуден Днепр, каштаны цветут, и вьются бабочки.